Ошибка началась за несколько лет до февраля 2022 года. Путин не понял, что США готовили свержение правительства Украины. Когда началось свержение, Путин не предпринял никаких действий, чтобы предотвратить свержение. Вместо этого Россия позволила Вашингтону захватить бывшую провинцию российского государства.
Враждебная Украина представляет экзистенциальную угрозу для России.
Почему Россия осталась в стороне и позволила Вашингтону захватить власть?
Почему Россия следующие восемь лет сидела сложа руки, отвергая голоса независимых республик Донбасса за воссоединение с Россией, от которых они были оторваны советскими лидерами и застряли в Украине?
Виновником этих стратегических просчетов было отсутствие реализма у Кремля.
Путин полагался на дипломатию, несмотря на тот факт, что Вашингтон полагается на угрозы, взятки и принуждение. Кремль просто не понимал, что Минскими соглашениями он седлает мертвую лошадь, которая никуда не денется.
Когда Путин, наконец, был вынужден вмешаться из-за перспективы того, что жители российского Донбасса будут вот-вот вырезаны, как палестинцы сегодня в Газе, Путин не смог отреагировать решительно. Продолжая вести самостоятельную дипломатическую игру, он настаивал на том, что никакого российского вторжения в Украину не будет, а только “специальная военная операция” по зачистке Донбасса от враждебных украинских сил.
Затерявшись в дипломатическом мире, которого больше не существует, Путин не смог осознать, что независимо от того, что он сказал или сделал, западная пропаганда представит интервенцию как реконструкцию Советской империи, которая распространится на всю Европу.
Сразу стало очевидно, что ограниченная и медленно развивающаяся “специальная военная операция” предоставит Вашингтону и его марионеткам из НАТО достаточно времени для вовлечения в конфликт, тем самым бесконечно расширяя конфликт, пока он не станет экзистенциальной проблемой для России. Вот что произошло.
Кремль по-прежнему мыслит нереалистично. Путин близок к успеху в достижении своей цели по вытеснению украинских войск из населенных россией районов, и предполагается, что война закончится и успех России будет признан в результате урегулирования путем переговоров.
Это заблуждение сохраняется, несмотря на признание министром иностранных дел России Лавровым того, что Вашингтон намерен уничтожить Россию. И Лавров, и Путин продолжают подчеркивать, что они готовы вести переговоры с Вашингтоном о намерении Вашингтона уничтожить Россию. Это было бы забавно, если бы не было так смертельно опасно.
Послушайте выступление Лаврова. Он понимает угрозу для России, но не способен адекватно ответить на эту угрозу со стороны России.
Думая, что вмешательство России будет ограниченным, Путин оказался неподготовленным к войне. Он сделал очень мало, чтобы помешать украинскому правительству вести войну. Вместо того, чтобы закрыть Украину, Путин выбрал длительное завоевание деревни за деревней. Запад интерпретировал это как ограниченный военный потенциал России, и это дало Западу как стимул, так и время для вовлечения себя в конфликт.
Запад сейчас настолько вовлечен, а западные политические лидеры настолько уверены, что Россия намеревается усилить агрессию, что готовятся к войне против России. Тем не менее, Путин и Лавров говорят о переговорах. После десятилетия отказа Запада от переговоров, как Кремль может все еще рассматривать переговоры как решение?
Что нужно было сделать, так это вывести Киев из войны, установить дружественное России правительство вместо американского марионеточного режима и поставить Запад перед свершившимся фактом, прежде чем Запад успеет вмешаться. Именно вмешательство Запада представляет опасность перерастания конфликта в войну между Россией и Западом.
Возможно, решение все еще жизнеспособно. В результате нейтральное украинское государство к западу от Днепра останется без выхода к Черному морю. Крайне маловероятно, что такого результата можно достичь путем переговоров. Это можно навязать только силой.
Ограничивая применение силы Россией, Путин открыл дорогу ядерному армагеддону?
Пол Крейг Робертс — известный писатель и академик, председатель Института политической экономии, где эта статья была первоначально опубликована. Доктор Робертс ранее был заместителем редактора и обозревателем The Wall Street Journal. Он был помощником министра финансов по экономической политике при администрации Рейгана. Он регулярно вносит свой вклад в Global Research.
